Герой мирного времени — кременчугский подводник

«За успешное выполнение специального задания командования и проявленное при этом мужество, отвагу, героизм Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25.05.1976 г. присвоены звания Героя Советского Союза: контр-адмиралу В. К. Коробову — командиру отряда атомных подводных лодок (АПЛ), начальнику штаба 3-й флотилии АПЛ Северного флота (СФ); контр-адмиралу Ю. И. Падорину — старшему политработнику отряда АПЛ, 1-му заместителю начальника Политуправления СФ; капитану 1 ранга Э. Д. Ломову — командиру АПЛ «К-171» пр. 667Б; капитану 3 ранга — инженеру Ю. И. Таптунову, командиру БЧ-5 АПЛ «К-171» пр. 667Б; капитану 1 ранга В. Е.Соколову, старшему на борту АПЛ «К-469»; капитану 2 ранга — инженеру И. Д. Петрову, командиру БЧ-5 АПЛ «К-469».
Таких Указов о присвоении звания Героя Советского Союза одновременно шести военным морякам история не помнит со времен окончания Великой Отечественной. Среди награжденных есть имя капитана 3 ранга — инженера Таптунова Юрия Ивановича, нашего земляка.

Герои не всегда во время войны. В мирной жизни есть тоже место подвигу, подвигу, просто выполняя свой долг. Имя героя о котором наш рассказ  – кременчужанин, капитан второго ранга Таптунов Юрий Иванович. О том, что именно так правильно пишется его фамилия, уже сказал ранее, ибо в ряде источников будет совсем другое правописание.

Он также родился в родном Кременчуге, незадолго до начала Великой Отечественной войны – 4 октября 1940-го. Послевоенное время было суровым на Украине везде, но особенно, на Поднепровье, пережившем и отступление осенью 1941-го, и «Битвы за Днепр», как под Киевом, так и в нижнем своем течении. Но детям, имеющим сегодня статус «детей войны» хотелось не только выжить и вдоволь наесться, хотелось идти дальше своих родителей, получать образование, идти в ногу со временем и наукой. Да и не стоит забывать богатую биографию Кременчуга, многие юноши, котрого, видели в себе наследников древнего казацкого рода или будущих мореплавателей. Окончил 10 классов школы №4 г.Кременчуга.

Сложно сказать, что повлияло на выбор Юрия Таптунова, но выбрал он путь героизма и славы, решив стать подводником. 

Его сослуживцы все как один, отмечали его трудолюбие, порядочность и скромность. Вспомнили о том, каким он был отличным товарищем в училище, как организовал с друзьями «самоходный» шлюпочный поход по Днепру.

По воспоминаниям его товарищей, как и многие юноши, студенты и курсанты того времени – начала шестидесятых, он грезил походами, путешествиями, словом, всем, чем-то увлекательным и дальним. Он с тремя друзьями участвовал в походе по Днепру от белорусского Жлобина до родного Кременчуга в 1962-м. Взяли у знакомых обычную плоскодонку и на веслах, почти, как в мифах, только «не из варяг в греки», а «из сябров в казаки». Так шутил Таптунов. Вместо палатки – кусок брезента, вместо одеял, училищные лыжные костюмы, а пропитание – в дороге. Бывало, что от усталости, цеплялись подводные мореходы и за борта проходящих барж, но отдохнуть удавалось не часто – вахта не дремала.

И вот за плечами молодого лейтенанта Высшее военно-морское инженерное училищеим.Дзержинского и направление в 1965-м на Северный флот, на зарождавшийся атомный подводный флот. Все инженерно-механические ступени прошел капитана 3-го ранга Таптунов, когда в 1976-м был назначен командиром электромеханической боевой части новейшего атомного подводного ракетоносца «К-171», участвовал в первом переходе РПК СН проекта 667-б с Северного на Тихоокеанский флот: через Атлантический океан, пролив Дрейка, в Тихий океан. Поход продолжался 80 суток, с 15 января по 3 апреля 1976 года. без единого всплытия, а главное – без единой поломки реакторов и механизмов. Был совершен настоящий подвиг группой атомных подводных лодок. Не все было гладко в этом походе — пришлось поволноваться. В 9-м, турбинном, отсеке (а уже подходили к проливу Дрейка) на неотключаемом участке трубопровода забортной воды образовался «свищ». Вначале забортная вода прорывалась еле заметной струйкой, а потом образовался «ручеек» аж в два пальца. На глубине 150 метров тревожный, знаете, звоночек!

Командиром корабля Ломовым и командиром БЧ-5 Таптуновым предлагалось несколько вариантов заделки «свища». Был утвержден вариант без всплытия в надводное положение или под перископ. Глубина 40 метров, скорость, правда, снизили до 6-8 узлов. Командир с Юрием Ивановичем Таптуновым пошли в турбинный отсек: Не мог усидеть в центральном посту. Конечно, в отсеке находились не только он с Таптуновым, но и все трюмные тоже: Это же их заведование. Было понятно, что, вероятнее всего, «свищ» образовывался из-за внутренней коррозии металла. А дальше, как и положено, «надули» отсек, сравняли давление в отсеке с забортным. Заделали!

Сегодня, с некоторой иронией, ряд историков акцентируют внимание на то, что подвиг был, мягко говоря, «заказным», т.е. «в аккурат» к юбилейному 25-му съезду КПСС, о чем и на съезде было сказано с большой трибуны. Да, была такая практика, продолжающаяся, кстати, и сегодня. Но и подвиг был! За успешное выполнение заданий командования и проявленные при этом мужество и отвагу Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 мая 1976 года капитану 3-го ранга Таптунову Юрию Ивановичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

Но не загордился молодой механик, не стал искать тепленькое местечко на берегу, а остался служить в родном экипаже на прежней должности, все также «ходил в моря», учил молодежь, поддерживал боевую мощь Тихоокеанского флота. Сложно сказать, каких чинов и званий достиг бы перспективный инженер-механик, стал бы он членом Военного Совета флотского объединения, или ушел бы на преподавательскую должность, но судьба подводника, непредсказуема своими опасностями и трагедиями.

Случилась она и в семье капитана 2-го ранга Таптунова. 28 декабря 1978-го его родной экипаж возвращался в базу. Как бывало в те года, срочно надо было закрыть план уходящего года. Подводный крейсер успешно выполнил поставленные задачи и на одном реакторе шел домой. В умах подводников радостно напевалась столь любимая «Когда усталая подлодка…». А она действительно была усталая. Устал и экипаж. И во время профилактических работ на «отдыхающем» реакторе, произошла ошибка личного состава – на крышку реактора попала вода. Такие случаи бывали достаточно часто и особой опасности они не представляли, но…Представляете, сколько потом пришлось бы писать объяснений, искать виновных, доказывать, кто прав – кто виноват, а главное – наказывать их. Юрий Иванович, как командир боевой части, мог бы отправить на устранение протечки непосредственных виновников, но его характер и черта ответственности за все, не позволили быть в стороне. Он лично возглавил работы по выведению реактора на полную мощность, чтобы выпарить воду и провентилировать аппаратную выгородку. Взяв с собой двух офицеров, пошел в свой последний бой…Когда температура в отсеке стремительно повысилась, произошла трагедия – все трое погибли от запредельного температурного режима и удушения. Может это кому-то покажется пафосным, но в своем последнем подвиге, он, как командир подразделения, повторил подвиг командира Коваленко, спас тем самым, весь экипаж, хотя, ту аварию, по «родному обычаю, списали» на погибших.

Похоронен в городе Колпино Ленинградской области.

В родном Кременчуге на Алле Славы, где установлены бюсты и стелы кременчужан –Героев Советского Союза и Социалистического Труда, есть памятник и Таптунову Юрию Ивановичу, человеку, герою, подводнику.