Кременчугский юнга — детство, опаленное войной

Много написано о войне и о ее героях. Но кроме взрослых на войне, на защиту Родины встали и подростки. Об одном из них — мало известном кременчужанине, чье детство было опалено войной наш рассказ — о Шелепене Сергее Павловиче , юнге Соловецкой школы юнг Северного флота. Данный материал базируется на его воспоминаниях, записанные в матре 1986 года, а также материалах Центрального архива ВМФ СССР в г.Гатчина Ленинградской области и Центрального военно-морского музея в Спб.

Родился наш герой в 1927 году на Урале в г.Бирск Башкирской АССР. В начале лета 1942 году закончил 7 классов средней школы, когда в город прибыл военный моряк, для набора в школу юнг военно — морского флота. Узнав об этом он пошел в райком комсомола и написал заявление на поступление в эту школу. Его просьба была удовлетворена и так Сергей Шелепень стал воспитанником школы юнг Северного флота на Соловецких островах. 

Что же это была за школа юнг? Школа юнг военно-морского флота была создана приказом Наркома ВМФ №108 от 25 мая 1942 года. 5 июня 1942 года было принято решение ЦК ВЛКСМ о наборе в школу юнг. В приказе наркома ВМФ и решении ЦК ВЛКСМ было сказано, что в школу юнг принимаются мальчики в возрасте 15-16 лет с образованием 6-7 классов исключительно добровольно, по комсомольским путевкам. Это и обьясняет почему наш герой обратился с заявлением в райком комсомола. Этим приказом была определена и численность переменного состава — воспитанников 1500 человек в составе двух батальонов, по три роты в каждом. 1й батальон дислоцировался в Савватьево (13 км от Соловецкого монастыря(Кремля)) и готовил радистов, рулевых и боцманов, а 2й батальон дислоцировался непосредственно в Кремле и готовил мотористов, общекорабельных, а также артиллерийских и торпедных электриков. Продолжительность обучения составляла 12 месяцев. Постоянный состав составлял 124 человека, включая начальника школы, трех его замов — по политической, учебной работе и по снабжению, 30 преподавателей,30 инструкторов старшин и 60 инструкторов — командиров смен. Желая помочь фронту в марте 1943 года юнги, командиры и преподаватели собрали деньги на постройку торпедного катера. После окончания школы юнги направлялись на корабли всех флотов и флотилий СССР. За годы своего существования в школе юнг военно-морского флота было подготовлено 4111 специалистов для ВМФ. 7 августа 1945 года Школа юнг ВМФ на Соловецких островах переводилась в г.Кронштадт с включением в состав Учебного отряда Балтийского флота.

Сергей Шелепень попал в первый набор школы и по прибытию на Соловки был распределен в 1й батальон, где начал обучение на рулевого.

Сергей Павлович вспоминает: «Батальон находился в поселке, километров в 10 от Соловецкого моностыря, где располагалась сама школа. Помещений для нашего размещения не было, поэтому первым делом пришлось строить землянки. В каждой земляенке располагалось по 2 группы по 25 человек в каждой. Всего 50 человек. Было трудновато, не утно, холодно, но мы не унывали. Нагрузка была огромной — ранний подьем, утренняя зарядка с кроссом, учеба и не только по специальности и политподготовке, но и общеобразовательным предметам: русский язык, математика, физика, георафия, черчение и другие. Вместе с обучением специальности рулевого в школе юнг я оканчивал и 8 класс. Как и в любом военном училище еще были наряды, хозяйственные работы, самоподготовка, шлюпочные ученья. Но все равно мы старались все успевать, быстрее и лучше окончить школу и попасть на корабли. Все на фронт боялись опоздать, думали что война окончится без нас. Были у нас и побеги на фронт — ребят возвращали назад, журили и они продолжали учиться. В любом случае относились к нам строго, но все равно понимали что мы еще мальчишки. Летом 1943 года я закончил школу с отличием. 

Уходя на боевые корабли юнги дали клятву, слова которой до сих пор сохранились в моей памяти: «Родина! Великая Советская держава! В день отправки нас на корабли приносим тебе клятву. Мы клянемся с достоинством и честью оправдать оказанное нам доверие, умножать боевые традиции советских моряков, хранить и оберегать честь школы юнг ВМФ. Мы клянемся отдать все силы, отдать жизнь если потребуется за свободу и независимость Родины»

 Я был направлен рулевым тральщика №68 4го дивизиона катеров морских тральщиков Краснознаменного Балтийского флота. Тральщик, кроме своей основной работы по проводке кораблей, постановке и тролению мин, часто осуществлял перевозки войск, оружия, боеприпасов и продовольствия на остров Лавансари, где находился наш гарнизон. Обратно вывозили раненых. Ходили только ночью, без ходовых огней, по минным полям. Часто нападали из шхер шуцкоровские (финские) катера. Глубокой осенью 1943 года наш тральщик участвовал в высадке десанта в районе Нарвы, а зимой 1943/44 г.г. участвовали в переброске войск с Лисьего носа в район Ораниенбаума (на пяточек), где находилась передовая линия. Под новый старый год началось наступление. Приходилось ходить и днем и ночью, проводили баржи с войсками, оружием, боеприпасами, вывозили раненых. Однажды во время одного из таких переходов мы намотали трос на винт тральщика — минреп от затраленной мины и вынуждены были застопорить ход. Начало светать и тут началось. Мы у немца как на ладони. Немцы открыли сильный артиллерийский огонь по нам, кораблям, которые шли за нами, в том числе и по нескольким баржам с боеприпасами. Идти дальше корабли без нас не могли — было много минных полей, в том числе и не известных. От взрывов часто всплывали мины, поставленные еще в первую мировую войну. Опасность подрыва кораблей на мине в Балтийском море была очень велика и еще оставалась такой долго после окончания войны. Вообщем без нас кораблям на минах подорваться, а с нами стоять — быть потопленнымии артиллерией немцев. Командир приказал всему экипажу выйти на лед и ставить дымзавесы, что б хоть как то прикрыть корабли и не дать немцам вести прицельный огонь по ним. А в это время наши мотористы ныряли в ледяную воду и зубилом пытались перерубить трос. Так прошел целый день и только к вечеру мы смогли освободить винт и продолжить движение. Многие наши были ранены осколками от немецкого артобстрела. Вот такой один из эпизодов боевой работы нашего тральщика. Было ли страшно — да было, но все равно продолжали делать свое дело. За участие в обороне Ленинграда краснофлотец Шелепень был награжден медалью «За оборону Ленинграда»

Вскоре меня перевели служить на тральщик КМ 4 4 дивизиона катеров морских тральщиков КБФ, где прослужил до конца войны. Занимались мы тралением магнитных мин — мин которые реагировали на магнитное поле корпуса корабля. В 1946 я был направлен в школу командиров катеров, по окончанию которой назначен командиром катера, на котором прослужил до 1950 года.»

Окончилась война. По разным городам разбросала жизнь бывших юнг, но верные флотским традициям они отдают теперь свои силы и умения в мирной жизни. В 1950 году Сергей Павлович Шелепень демобилизовался и работал на Кировском заводе в Ленинграде. В 1958 году переехал в Кременчуг и устроился на работу в Кременчугский завод дорожных машин. Прошли годы, но ветеран войны и теперь еще и ветеран труда Сергей Павлович Шелепень в мирном строю. И лишь по праздникам одевает свои скромные награды, где к боевым  медалям «За оборону Ленинграда» и «За победу над Германией» добавилась еще и трудовая — Ветеран труда.

Ветераны школы юнг ВМФ и в мирное время с честью несут высокое звание воспитанника школы юнг ВМФ СССР. И пусть уже нет страны, но в их сердцах есть любовь к родине. А вот есть ли она у нынешнего поколения?