О семье Марко Компанейца купца и промышленника

О семье Марко Компанейца купца и промышленника

О семье Марко Компанейца купца и промышленника

О семье Марко Компанейца купца и промышленника. Итак, со смертью купца Второй гильдии Марко Компанейца, всё распалось. За большие долги в Кременчуге были проданы заводы и дом. Большая семья расползлась кто куда.

Дочь Компанейца – Бетя – переехала на другую квартиру со своей семьей и матерью. Новая квартира была в интересном месте. Неподалеку от берега Днепра находились казачьи казармы, стоял казачий полк, которым командовал князь Кантакузин (очень древний аристократический род – авт.).

На территории казарм было два жилых дома. В одном — жил князь, а в другом  Бетя со своей семьей и матерью. Князь дружил с семьей Компанеец и летними вечерами, когда еще было светло, приходил к ним и для развлечения устраивал различные состязания казаков верхом на лошадях. Они на всем скаку хватали из земли воткнутые сабли, бросали и ловили шапки и делали многое другое.

Старшая дочь Бети — Роза, доброе существо, была музыкантшей, вышла замуж за хирурга, Льва Оречкина, родила дочь Марию, жившую на дворцовой набережной в Ленинграде.

Вторая дочь – Маня – врач, окончила вуз в Париже, была тоже добрым и благородным, но неуравновешенным человеком, несколько цыганского типа. Маня училась в Париже и, едучи на каникулы домой, проезжала из Парижа через Висбаден. В то время из Кременчуга ходил прямой поезд в Париж.

Третья дочь – Анжелла. Имя это получилось так: хотели дать имя в память кого-то (по линии её отца), кого звали мужским еврейским именем Аншел. Для девочки получилось Анжелла. Жила в Ленинграде на 10-й линии Васильевского острова (Анжелла Давидовна замуж не вышла и детей не имела – авт.).

Муж Бети — Давид Лурье, служил в Кременчуге в фирме готового платья «Мандель и Райц» (Товарищество «Мандель и Райц» были крупнейшими производителями готового платья в Российской Империи – авт.), очень разбогател, и потом вся семья переехала в Петербург, где заняла импозантную квартиру на 10-й линии Васильевского Острова.

Существует легенда о том, что Семья Лурье прятала ящик с драгоценностями в тайнике, в уборной. Но прислуга выследила, подсмотрела и ограбила их. Было ли это во время революции, или позже – неизвестно.

Необходимо сказать о двух младших сыновьях Марко Компанейца.

Начнем с Семена Марковича. Он обладал необыкновенной внешностью. Когда в начале 30-х годов снимали фильм «Лунный камень» (не по роману У. Коллинза – авт.) и нужен был ошеломляюще-представительный академик – его играл в фильме Семен (фильм был снят студией Ленфильм в 1935 году. Семена Марковича Компанейца в списке актеров нет, видимо, роль была эпизодическая. Один из актеров — Соломон Михоэлс – авт.).

Он учился в Полтаве, в классической гимназии, но в 6-м или 7-м классе ударил по физиономии классного наставника, пытавшегося читать его личный дневник. За это был исключен из гимназии.

Пришлось поехать в Одессу, в какую-то всем известную гимназию, дать там начальству взятку, фунт отличного первосортного табака, и Семен был принят в эту гимназию, которую и окончил. Потом началось путешествие по университетам, т.к. Семен был эс-дек и пылал революционным пылом, то он в каждом данном университете надолго не задерживался. Был в Казани, ещё где-то, в Харькове окончил юридический факультет университета. Любопытно вот что. Когда он учился в Харькове – он обучал латыни молоденькую, очень красивую докторицу, окончившую курс за границей, в Цюрихе, и сдававшей в России положенные (вероятно, государственные – авт.) экзамены.  Докторицу звали Елена Абрамовна Бердичевская.

Семен жил в Петербурге и был женат на Марии Ароновне, враче. До революции Семен Маркович Компанеец работал у друга его отца – купца Полякова, нотариусом железной дороги. Кем он был после революции -неизвестно, возможно, где-то работал юристом). У них была дочь Анна – Ася (проживала по адресу: Ленинград, В.О. 6 линия). Ася родилась в 1908 году. Анна Семеновна после войны жила в Ленинграде, была замужем и имела сына Виктора. Она была физиком и работала к каком-то институте. – авт.

Семен Маркович Компанеец имел черные длинные волосы, носил усы и бороду,  у него были темные глаза, выразительное лицо.

Погиб во время блокады Ленинграда.

Есть воспоминания Анны Семеновны Компанеец о том, как ее отец одолжил деньги М.И.Калинину на пропой. Речь идет о 1931 годе. Забавное описание простоты нравов. — авт.

Соломон Маркович Компанеец, Зяма. На идиш его называли «Зямочка мит ди лехелах», т.е. «Зямочка с ямочками». Когда он смеялся, на щеках появлялись две прелестные ямочки. По-еврейски его звали Залман. Почему родители звали его Соломоном – неизвестно. Его полное еврейское имя было Шнейер Залман, в честь Шнейерсона – авт. В детстве он был очень хорошеньким светловолосым и голубоглазым мальчиком, абсолютно не похожим на еврея, как, впрочем, и в дальнейшем. Он был предпоследним ребенком в семье. Это был веселый, резвый и достаточно шаловливый ребенок, великолепный спортсмен. Во-первых – ходули, которыми Соломон владел в совершенстве. Затем – ходил на катящейся бочке и жонглировал при этом тремя яблоками. И затем река. Днепр, в Кременчуге, при весеннем разливе достигал средней террасы дома – следовательно, нырянье, плаванье и все, что связано с рекой. Лет пяти Залмана отдали в Хедер – религиозную школу для мальчиков. Там уже проявились необыкновенные способности ребенка, и ребе-учитель говорил Марко Компанейцу – отцу мальчика: «Дус ис а гений» — «Это гений». Раз так, решил отец, пусть этот мой сын будет ученым раввином. Такая карьера сына – очень украсила бы род Компанейцев.

Пока ребенку было 5-8 лет, он даже не очень понимал, что готовит ему отец. Он жил как все мальчики, шалил и его, конечно же, наказывали.

Однажды вся семья отправилась в экипажах на другой берег Днепра, в какой-то поселок, на свадьбу одного из служащих завода Компанейца. Зяма за шалости был наказан, и мать распорядилась не брать его с собой, а оставить дома. Но мальчику очень сильно хотелось поехать. Он заранее взобрался на Крюковский мост, через который должны были проехать экипажи и где-то спрятался. Когда проехали все экипажи кроме последнего, мальчишка выбежал на дорогу. В последнем экипаже ехала (он это знал) его бабушка – добрая старуха. Правил кучер семьи — Василий. Василий и бабушка увидели Залмана и старушка велела Василию остановиться. В экипаже сидел еще кто-то из семьи. «Арахамонес ацф дем ингл», сказала бабушка на идиш, «жаль мальчика» и взяла его с собой. Ну, не отсылать же его одного назад!

Еще одна история. У старших братьев в Кременчуге была яхта, куда они его, мальчишку, не пускали. Однажды, узнав, что они собираются на ней плавать, Зяма в нее пробрался и спрятался. Когда братья вышли на широкую воду, он обнаружился. Братья обозлились и стали угрожать, что выбросят мальчика в воду (в духе истории про Иосифа и его братьев, хорошо, что в рабство не продали! – авт.).

Кучер Василий служил у Компанейцев десятки лет. Он страдал запоями, и время от времени исчезал, переставал ухаживать за лошадьми, бросал работу и  шибко пил. Его увольняли. Запой проходил и Василий, как ни в чем не бывало, появлялся снова в конюшне. «Василий, ты же уволен, что ты тут делаешь?» «Ага, а з ким же стара барыня на базар поидэ, га?» и, конечно, оставался. Конец кучера Василия был трагичен. Когда во время еврейских погромов в Кременчуге, в 1905 г., он услышал, что грабят винный магазин – побежал туда и захлебнулся в вине.

Парень вырос, и наступила пора, когда он понял, к чему его хочет готовить отец. Раввином стать он не желал, и решил всячески сопротивляться. Он хотел учиться «светским» наукам, хотел учиться в классической гимназии, и сам начал себя готовить для поступления в третий класс. Препятствий было два. Самое страшное – воля отца, второе – отсутствие в Кременчуге классической гимназии – в городе было только реальное училище, которое окончили старшие братья. Любимицей Марко Компанейца была дочь, и Соломон (Зяма) упросил сестру похлопотать за него. Как это удалось сестре – неизвестно, но старый Компанеец сдался и согласился на гимназию. Гимназия была в губернском городе – Полтаве. И вот мальчик 12 лет, сам себя подготовивший в третий класс – получил три рубля, был посажен в поезд и уехал в Полтаву «держать экзамены». Мать хотела дать ему в дорогу пирожки с творогом, но будучи уверен, что без сметаны их есть нельзя, парень отказался, сославшись на то, что «где я в дороге достану сметану?». В Полтаве он остановился у брата матери, своего дяди. Жена дяди предлагала какие-то блюда, от которых Соломон отказывался, ссылаясь на то, что не любит этого. Тетка сказала: «Твоя мать тебя плохо воспитала». Когда, сдав экзамены, парень вернулся домой, он об этом сказал матери. Была страшная обида и, в результате, Зяма Компанеец в Полтаве жил на квартире у чужих людей.

Он сам явился в гимназию, подал прошение о зачислении, которое дал ему отец, блестяще сдал экзамены и был принят в третий класс. С осени началась его жизнь в Полтаве, вне семьи и уже навсегда. В семье он отныне и навсегда бывал только на каникулах.

Это были годы царствования Александра III – процентная норма для евреев еще не была изобретена (процентная норма существовала с 1887 по 1917 год. — авт.). Но, нельзя сказать, чтобы в гимназии это ни в чем не проявлялось. Если на переменах украинские или русские мальчики гуляли с еврейским мальчиком, к ним подходил классный наставник и говорил: «Гусь свинке не товарищ». Еще говорил: «Не ходите вдвоем, ходите попарно». Что это значило – никто не понимал.

С третьего и до восьмого класса Соломон Компанеец учился так, что ни разу не получил ни одной четверки – только пятерки. То, что он учил в гимназии  -помнил всю жизнь.

Через несколько лет в Полтавскую гимназию поступил младший брат –  Сима. Приехал он не один, а со своей собакой, которую звали Буц. Занятия Симу интересовали мало, он писал «щикатурчик», и когда Соломон поправлял  брата -«штукатур», Сима говорил: «я лучше тебя знаю».

Однажды пёс Буц выбежал на улицу и подбежал к проходившей даме, которая испугалась собаки. За собакой выбежал гимназист. Дама пожаловалась директору гимназии.  Были неприятности.

С Буцем произошло следующее: Сима продолжал проводить время с Буцем и учился плохо. Хозяин квартиры написал об этом родителю. Марко Компанеец приехал и увез по железной дороге Буца в Кременчуг. Прошло некоторое время. Мальчики сидели и готовили уроки, когда в дверь, ведущую на улицу, стал кто-то царапаться. Дверь открыли. За дверью стоял тяжело дышавший Буц, с обрывком веревки на шее. Из Полтавы в Кременчуг — 60 верст. Буц пробежал эти 60 верст, сам находя дорогу. Его кто-то в дороге поймал и привязал веревкой. Буц веревку перегрыз и добежал до Полтавы, и в городе нашел нужный дом. После этого Буца больше не трогали, он жил со своим маленьким хозяином в Полтаве. (Буцами на Украине назвали беглецов, а так же выходцев из Волынии и западных областей. Возможно, поэтому история так запомнилась в семье Компанейцев. Пес названный Буцем оказался беглецом. Кроме того, Компанейцы сами были «буцами», потому и собаку назвали Буц.- авт.).

Автор: Борис Бабилуа

Поделитесь в социальных сетях прямо сейчас:
Share on Facebook
Facebook
Tweet about this on Twitter
Twitter
Share on VK
VK
Flattr the author
Flattr
Share on LinkedIn
Linkedin
Share on Reddit
Reddit
Share on StumbleUpon
StumbleUpon